Отдых на Азовском море в Геническе и на Арабатской стрелке
Нет комарам !!! | Наш пляж | Отдых | Дороги | Байкеры | Типография | Отзыв | В горсовете | Рынок | Легунов | "Грузия" | Баня | Слободка | Пятый| День Победы| Аист| Фокин| Солдат  : : 

Фронт и труд в биографии Дмитрия Фокина

Ветераны Великой Отечественной... Давно постаревшие,, с неизлечимыми болезнями, не утихающими ранами, бессонными ночами и нелегкими воспоминаниями о тех фронтовых временах. Далекая бурная молодость,, в которой крепко закалялась солдатская сталь, она не ржавела ни при какой погоде, в ней крепло мужество воина-победителя, пронесшего через десятилетия верность Родине.

Это они, ныне восьмидесятилетние и старше в грозные годы войны с фашизмом вынесли на своих хрупких, юных плечах свалившуюся на них тяжесть. Гибли, но побеждали! Умирали в госпиталях, но верили в победу! Их дома ждали и они надеялись: «Жди меня, и я вернусь, только очень жди»,- писал Константин Симонов о верных наших защитниках.

Они выстояли. Не раз им смерть смотрела в лицо, по пятам ходила за ними.. Многие погибли, не дожив до победного дня. Они так и не успели разделить первый поцелуй с любимой девушкой.. Остались лежать в братских могилах. Но никто не забыт, ничто не забыто... Людская память всегда будет помнить тех, кто в 1041-1945 годах ковал желаемую Победу, кто ушел на фронт молодым к остался таким, находясь в земле сырой...

Заросшие окопы, блиндажи и дзоты еще долго будут напоминать бывшим воинам, как через их головы сю свистом летели снаряды и мины, как комвзвода с поднятым автоматом над головой кричал: «Вперед, братишки, за Родину! Смерть немецким оккупантам!», «Родина или смерть!»... Поправив на голове каску, солдат быстро покидал обжитый окоп и с автоматом или пулеметом «максимчиком» бежал в голую степь навстречу вражеской цепи.

Ему некогда было думать о смерти» хотя и был под постоянным: прицелом. Путь был один: «Вперед — на Берлин!»

Так вспоминает бывший солдат, до конца познавший горечь утрат своих фронтовых друзей и радость победы Дмитрий Абрамович Фокин. Его грудь украшают семь боевых и трудовых орденов, двадцать медалей...

Так уж получилось, что я, зная этого добродушного человека почти сорок лет, никогда не обмолвился с ним о войне, хотя кое-что и знал о его фронтовом прошлом. Долгое время вообще не принято было фронтовикам на эту тему даже напоминать. Помню, многие из них свои заслуженные военные награды отдавали детям...

Но времена резко поменялись. К ветеранам страна повернулась с открытым лицом. Их начали чествовать и прославлять. Открылись забытые страницы прошлой войны, о которых поведали нам седовласые солдаты, теперь уже дедушки преклонных лет.

По долгу службы, я много раз встречался с Дмитрием Абрамовичем, он был председателем колхоза «Родина», затем его переименовали в 60 лет Октября, что в селе Павловка нашего района. Он им руководил тридцать пять лет!

Колхоз был одним ив лучших не только в районе, но славился на всю Херсонщину. И неудивительно, что, приезжая к нему, сразу интересовался делами производства. А войну вспоминали мы, как правило, в День Победы...

И когда я готовил свою книгу о ветеранах войны «Жди меня с Победой», то вспомнил и Дмитрия Абрамовича, потому что моя интуиция и путь журналиста подсказывали: у Фокина была необычная фронтовая судьба, надо поинтересоваться.

Вот что поведал мне Дмитрий Абрамович о своем прошлом военного периода. Я только успевал внимательно слушать его и не переставал восхищаться его мужеству и солдатской находчивости. Почему-то вспоминал и Василия Теркина из Твардовского. Уж слишком солдат Дмитрий Фокин в моем представлении наверно похож был на героя этой поэмы... Реклама на сайте - a3atka.ru

— На фронт попал благодаря своей настойчивости, — начал свой рассказ Дмитрий Абрамович. — Дело в том, что в январе 1943 года мне было лишь семнадцать годков. Но дело даже не в этом. Мал ростом, что-то не больше метра полтора. Да и вес, килограммчиков сорок пять! Ну, какой из меня солдат. Винтовка выше меня!.. Одним словом, недоросток... А на фронт рвался! Просился добровольцем. Не раз оббивал пороги военкомата на Тулыцине, где жил с родителями и был пастухом в колхозе, Вспоминается такой случай. Когда дошла очередь до меня, то офицер не отрываясь от бумаг на столе, спросил:

- Что тебе, мальчик, надо?

- На фронт хочу, фашистов бить!

Он на секунду оторвался от бумаг, внимательно глянул на меня с ног до головы, промолвил спокойно: «Детей на фронт но берем. Подрасти маленько...» Но я проявил упорство, из комнаты не уходил, стоял на своем:

- Мне почти восемнадцать, возьмите. Я оправдаю ваше доверие, поверьте.

Но офицер был неумолим и продолжал скупо: «Мальчик, не мешай мне работать, на фронт надо отправлять людей». И склонился над бумагами.

И так не раз повторялось, пока Дмитрий не до бился своего. В действующую армию его все-таки взяли, несмотря на маленький рост и тощий вес тела.

Двадцать первого января 43-го, когда немцы потерпели большое свое поражение под Сталинградом, он одел солдатскую шинель и попал в город Муром Владимирской области в пулеметный отдельный батальон типа «максим». На фронт еще не скоро. Началась обыкновенная солдатская учеба воевать. Месяцы в резерве казались годами. Газеты, радио сообщали о новых победах Красной Армии, немец катился все дальше к западным нашим границам, а он еще и пороха не нюхал... Что скажет дома, когда вернется? Мол, отсиделся в тыловиках... Ребята рвались на передовую. Уже и в звании Дмитрий был старшим сержантом.

Однажды он подошел к командиру полка, так, мол, и так, отпустите на фронт, война почти заканчивается... Тот лишь накричал на парня, и на том все закончилось. И лишь в феврале 1944-го попал в окопы 2-го Белорусского фронта под Гомель. Земля Белоруссии стала для него первым фронтовым испытанием.

Участвовал и в боях за Кенигсберг, даже медаль такая есть у него. Потом были бои на Сандомирском плацдарме, освобождал Польшу. Стал старшиной пулеметной роты, командиром взвода.

— Наша Брестская стрелковая дивизия успешно наступала, — рассказывает Дмитрий Абрамович. — Немцы видели, что Красная Армия теснит их со всех сторон. Освобождены Прибалтика, Украина. Второй фронт открывали наши союзники по антифашистской коалиции. Но бои были кровопролитные, война забирала тысячи и тысячи людских жертв.

Помню бой неподалеку города Штетина. Местность немцами простреливалась постоянно, с окопа опасно было голову поднять. Вражеские снайперы сразу брали на «мушку». А тут, как на зло, боеприпасы закончились, надо было их доставить, пройдя некоторое расстояние. Но как его пройти ? Ползти по-пластунски и то рискованно. По четыре солдата ходили не раз и все время попадали под прицел снайперов, которые сидели на крыше водонапорной башни и оттуда стреляли в наших солдат. Командир полка вызвал меня и сказал:

— Дмитрий, попробуй ты со своим расчетом преодолеть эту злополучную дорожку, патроны нужны позарез, утром бой.

Оценив обстановку на местности, прячась за холмиками и кустиками мы ползком метр за метром продвигались к ящикам с боеприпасами. И опять назад — ползком, не спеша, пробирались в свои окопы, На зло судьбе вернулись невредимыми. За проявленное мужество меня наградили орденом Красной Звезды, который мне вручил: командир дивизии. Он лично и прикрепил его к моей гимнастерке, сказав: «Берите пример со старшего сержанта Фокина».

Награжден также медалью «За боевые заслуги», орденами Отечественной войны II степени, «За мужество».

Войну закончил на Эльбе в Германии. Это было третьего мая 1945-го. В городе Висмар в этот день мы встречались с американцами,, Но на этом моя солдатская служба не закончилась. В феврале 1949-го наша дивизия была направлена на постоянную дислокацию в город Днепропетровск, а оттуда в 1947 году был направлен на учебу во Львовское военно-политическое училище, которое закончил через два года. Продолжил службу в качестве политработника — сначала в Феодосии, затем был направлен в Корею, где шли боевые действия. В моем послужном списке Владивосток и Чукотка, бухта Провидение. В июле 1953 года подал рапорт на увольнение в аапас. Был я тогда в звании капитана. Сейчас — подполковник.

Николай Чмыхун Октябрь 2004г

Читать продолжение